Нос (суржик-монолог сорокалетней)

Одежда, Сезон

Ну мы ему показали его конец! Залили в него два литра самогона на этой … как ее … на презентации в сельсовете, дали занюхаты гуманитарным «чупа-чупс» и популярно обьяснилы, что здесь ему не Чикаго и, что бы он там ни свистел, в нашем селе Большая Лайнивка он все равно будет называться Анкл Бенс, а с такой, как у него, хвамилией, лучше вообще помалкувать, «ХВЕ» там у него на конце или «ху», хоть целый гимн Америки.

Потом я его раз похмелила, второй, а на третий он и говорит: «Мисс Рая, говорит, выходите за меня замуж и айда в Америку. У меня, говорит, такой женщины, как вы, не было с тысяча девятьсот пятьдесят восьмого года ». Ничего себе сравнение! Эта его женщина, образца пятьдесят восьмого года, – это же моя соседка баба Клава, которую он окучував еще перед тем, как в Америку убежал. А ей уже под девяносто! У меня тоже под девяносто, но все же не лет, а килограммов. Как говорится, почувствуйте разница.

Короче, я уже хотела послать, старого хрена, а потом подумала: а все же мес Рая – это вам не Райка-Долгоносик. И про нос мой он ни плохого слова не сказал. Может и не заметил – у него же линзы на очках толще танковую броню, а может, полюбил он меня такой, как есть: с носом, с плоскостопием, с зарплатой, на которую можно прокормить только мертвого. Вот подумала я – и решилась.

, , , ,